Д. И. Победаш
Директор Центра американских исследований
Факультет международных отношений
Уральский госуниверситет

Россия и Америка: вместе в будущее.

Несмотря на распад биполярной системы международных отношений, в которой гарантами стабильности выступали СССР и США, спокойствие мира по-прежнему во многом определяется не только США, но и Россией. Это вынужден был признать даже такой непримиримый враг Советского Союза как Збигнев Бжезинский, бывший советник президента США по национальной безопасности. Еще в середине 1990-х годов он признавал: «…как для Европы, так и для Америки …демократическая Россия является желательным с геополитической точки зрения субъектом, источником стабильности в изменчивом евразийском комплексе». Такое понимание роли России в международных отношениях получило отражение и в официальных документах. Так, Концепция внешней политики Российской Федерации, утвержденная Президентом Российской Федерации В. В. Путиным 28 июня 2000 г., указывает, что «…российско-американское взаимодействие является необходимым условием улучшения международной обстановки и обеспечения глобальной стратегической стабильности». А. Мешков, заместитель министра иностранных дел России, в 2002 году отмечал: «По ряду принципиальных вопросов Россия и США имеют больше общего друг с другом, чем того, что их разъединяет. Это совпадение интересов, наряду с приверженностью обеих стран общим демократическим ценностям, и должно стать основой будущих отношений между Россией и США».
Тем не менее, выстраиванию нормальных отношений между США и Россией зачастую мешают антиамериканские настроения, достаточно широко распространенные в российском обществе. После долгой «холодной войны», когда Америка официально считалась цитаделью капитализма и антикоммунизма, наступил краткий промежуток, когда многие в России искренне верили в возможность мира и согласия во всем мире, объединения на основе общечеловеческих ценностей. Согласие оказалось недолгим. Уже около десятилетия с эстрады в адрес американцев постоянно звучит вызывающее бурное одобрение у широкой российской аудитории «Ну, тупы-ы-е!». На книжных полках рядами стоят серии «Америка против России», «Великое противостояние». Учебники для студентов гуманитарных специальностей пестрят бездоказательными, но весьма категоричными утверждениями, типа: «Логика истории постоянно на самых различных уровнях навязчиво высвечивает основополагающий дуализм – США и СССР, Запад и Восток, Америка и Россия». Попытки американцев поделиться своими наработками и опытом  вызывают припадки безумной ярости. Из-за этого порой становится трудно отличить представителя интеллектуальной элиты от закостеневшего от злобы скинхэда. Например, профессор МГИМО Н. С. Леонов так комментирует интервью заместителя госсекретаря США и бывшего советника по национальной безопасности, данное ими российским газетам: «Нас – граждан тысячелетней России – пытаются поучать, как жить, американец – житель страны с цивилизационным строем толщиной едва в двести лет, и польский еврей, эмигрировавший в Америку всего несколько лет назад».
И все же, трезво мыслящему человеку трудно отрицать важность выстраивания нормальных отношений между Россией и США. О необходимости и возможности сотрудничества говорят обе стороны. Проректор дипломатической академии МИД России Е. Бажанов уверенно говорит о наличии вопросов, «…где позиции наших стран ближе друг к другу, чем к позициям большинства остальных государств современного мира. Причем это не конъюнктурная близость, а близость, базирующаяся на глубинных и долгосрочных интересах двух держав». Эндрю Качинс, известный вашингтонский политолог, называет Россию и США «…партнерами…, которых связывают общие интересы и которые могут помочь друг другу в реализации своих национальных интересов».
Близость позиций и интересов не ограничивается сферой международных отношений. Буйство эмоций антиамериканизма зачастую заслоняет наличие значительного сходства между Россией и США в самых разнообразных аспектах. Профессор Анатолий Уткин, директор Центра международных исследований Института США и Канады Российской Академии наук, считает необходимым осмысливать американский исторический опыт с тем, чтобы использовать его в поисках своих собственных решений. По его словам, «Россия – в кризисном состоянии, и мы оглядываемся в поисках аналогии, желая найти подходящий пример выхода из кризисной полосы других стран. Главный схожий по масштабам пример – Соединенные Штаты времен Великого кризиса и Великой войны. Таких же континентальных размеров страна и более двухсот миллионов человек населения». Трудно переоценить значимость географического сходства. Для геополитиков нет ничего важнее факторов географии и пространства. По словам самого известного геополитика России А. Дугина «…к ним сводятся все основополагающие аспекты человеческого существования, … они выступают как главные факторы человеческого бытия, организующие вокруг себя все остальные стороны существования». Географическое сходство между США и Россией очевидно. Реализуется ли оно в каких-либо других аспектах?
С самого момента зарождения народа, как для русских, так и для американцев были характерны мессианские идеи. Общеизвестны пришедшие в Америку с первыми переселенцами идеи «проявленной судьбы» (Manifest Destiny), «великого эксперимента» и «града на холме». Не менее известна и распространенность практически полностью совпадающих с ними идей и в России. Достаточно привести одно высказывание Александра Дугина: «…русский народ (=Россия) никогда не ставил своей целью создание моноэтнического, расово однородного государства. Миссия русских имела универсальный характер, и именно поэтому русский народ планомерно шел в истории к созданию Империи, границы которой постоянно расширялись, охватывая все больший конгломерат народов, культур, религий, территорий, регионов. Считать планомерный и ярко выраженный «экспансионизм» русских исторической случайностью абсурдно. Этот «экспансионизм» составляет неотъемлемую часть исторического бытия русского народа и тесно сопряжен с качеством его цивилизационной миссии». По мнению Дугина, утвердить свое мировоззрение как «…последнее слово в земной истории…– высшая сверхзадача нации как «богоносного» народа». Интересно сопоставить общеизвестную близость позиций Дугина и российского руководства с высказыванием известного американского историка, Артура Шлезингера, который писал о том, что в США «…теория избранной нации, нации-спасительницы, стала почти официальной верой».  Генри Киссинджер, бывший госсекретарь Соединенных Штатов констатировал: «Как Россия, так и Соединенные Штаты исторически приписывали своим обществам особую глобальную миссию». 
Есть у нас и общие истоки государственности. Петр I принес из Голландии в Россию идеи и книги Джона Локка, на философии которого основан государственный строй США. Тот же Петр I познакомил русских с европейской философией толерантности, причем, вопреки сложившимся стереотипам, он же и применял принципы толерантности на деле.
Близость России и Америки прослеживается и судьбах людей, определивших лицо национальной культуры. Бенджамин Франклин, один из «отцов-основателей», общался с Д. Фонвизиным, «франклиновской системой» увлекались А. Радищев, Н. Карамзин, В. Жуковский – не только значительная фигура в русской поэзии, но и наставник великого князя, будущего императора Александра II. Работы Франклина глубоко изучали И. Тургенев и Л. Толстой. «Записки» Франклина переводил друг Пушкина декабрист И. Пущин. Франклин интересовал декабриста В. Раевского, его наследие привлекало пристальное внимание В. Белинского, А. Герцена, Н. Чернышевского, Д. Писарева.
Еще в 1835 г. француз Алексис де Токвиль в своей работе «Демократия в Америке» писал о двух великих народах – русских и американцах – которым, по его мнению, предстояло держать в своих руках судьбы всего человечества. Эту работу изучали А. Пушкин, П. Чаадаев, В. Жуковский, П. Вяземский, В. Белинский, декабристы М. Лунин, Н. Бестужев, М. Фонвизин. Именно к этой работе обращался Пушкин в неотправленном письме к Чаадаеву, написанном незадолго до своей гибели. 
Ф. Достоевский написал некоторые рассказы под прямым воздействием Эдгара По. Один из таких рассказов, «Сон смешного человека», «…по признанию Курта Воннегута, лег в основу замысла его романа «Бойня номер пять». К. Воннегут отмечает «…глубинное, уходящее в далекие культурологические тайники духовное и душевное притяжение русских и американцев». Для самого К. Воннегута, «…только русские…способны увидеть не только внешние, но и сущностные черты американцев…». 
Э. Хемингуэй читал М. Шолохова, А. Платонова, К. Симонова, лично знал И. Эренбурга, М. Кольцова, восхищался талантом И. Бабеля. Сам Бабель высоко оценивал творчество Хемингуэя. Хемингуэй в 1920-х увлекался творчеством Тургенева, в 1930-х его кумиром был Л. Толстой. Сам Хемингуэй, в свою очередь, впоследствии стал знаковой фигурой для «шестидесятников». Удивительное сплетение истории, литературы, культуры прослеживается в судьбах Дж. Лондона, Т. Драйзера, С. Есенина, в творчестве В. Маяковского, И. Бунина, И. Ильфа и Е. Петрова, Р. Кента. 
Это сплетение характерно и для наших дней. Гордостью американской литературы являются так называемые «южане-традиционалисты» – У. Фолкнер, Фл. О’Коннор, и близкие им по духу «северяне» – Г. Джеймс, Н. Готорн. Изучая реакцию американцев на высказывания А. Солженицына, как российские, так и американские исследователи приходят к выводу, что «Среди американских традиционалистов позиции А. Солженицына нашли глубокое понимание. Они оказались более чем созвучны, в них проявилось, по признанию самих американцев, «кровное родство».
Вопреки стереотипам «холодной войны», удивительное сходство между нами сущеествует и в области идеологии. Выдающийся американский социолог Иммануэль Валлерстайн приходит к выводу, что «… на идеологическом уровне марксизм-ленинизм представлял собой скорее одну из разновидностей вильсонианского либерализма, чем его подлинную альтернативу. По сути дела, обе идеологии разделяли основные представления о геокультуре». Валлерстайн говорит также о существовании «подсознательного идеологического согласия», существовавшего между СССР и США.
До того, как наступило ослепление штампами «холодной войны», близость СССР и США представлялась очевидной. Так, американский журнал «Тайм» от 3 апреля 1944 года приводит обзор нескольких недавно изданных книг. Особый интерес представляют «Дорога к Тегерану», автор – Фостер Ри Даллес, и «Россия и Соединенные Штаты» Питирима Сорокина. Профессор Даллес приходит к выводу, что Соединенные Штаты и Россия всегда будут склонны сохранять дружеские отношения, поскольку у них всегда появлялся общий враг каждый раз, когда какая-либо европейская или азиатская держава пыталась нарушить существовавший баланс сил в свою пользу. Питирим Сорокин утверждает, что американцы и русские близки друг другу по культуре, морали, демократическим стандартам и степени развития промышленности. У обоих народов есть склонность к эгалитарной философии. Сорокин предсказывает, что экономические системы обеих стран будут все больше приходить к более или менее одинаковой модели по мере того, как в Советском Союзе восстанавливаются права мелких собственников, а в Соединенных Штатах крупный бизнес все более подпадает под правительственный контроль. 
«Уорлд Афферс Интерпретер», ежеквартальный журнал Института международных отношений в Лос-Анджелесе, весной 1944 года публикует статью Рокуэлла Д. Ханта «К миру с изобилием». Автор статьи, профессор Университета Южной Каролины, описывает то идеальное общество, к которому, по его мнению, должны прийти Соединенные Штаты. Представления профессора Ханта абсолютно совпадают с идеалом коммунистического общества, вся статья – за исключением многочисленных ссылок на Библию и Христа – вполне могла бы быть опубликована в любом советском журнале того времени как описание общества, строящегося в СССР.

Трудно понять, почему, при такой близости и взаимопроникновении культур, в России столь распространены антиамериканские настроения. Данную проблему тщательно анализирует известный американский социолог венгерского происхождения Пол Холландер. Он выделяет два основных типа антиамериканизма. По его мнению, первый тип антиамериканизма – это одна из форм сопротивления модернизации общества, выражение протеста против проблем, создаваемых этой модернизацией. Данная модернизация зачастую отождествляется с США, которые, таким образом, выглядят инициаторами таких общественных зол как утрата традиционных ценностей, социальная изоляция, рост индивидуализма, обострение конкуренции, коммерциализация культуры, убежденность в том, что все проблемы решаются с помощью денег. Иногда сам Холландер выделяет в качестве второго типа антиамериканизма протест против капитализма, иногда же он сам объединяет протест против капитализма с протестом против модернизации. Другой тип антиамериканизма – «враждебность и зависть к могущественной державе, ее глобальному присутствию, экономическому, политическому и культурному влиянию». Данный тип неразрывно связан с национализмом, природу которого описывает Исайя Берлин: «Национализм – это воспаление национального сознания…обычно вызываемое ранами, нанесенными национальной гордости какой-либо формой коллективного унижения…Ответом на него чаще всего становится патологическое выпячивание собственных действительных или воображаемых добродетелей и горькая обида на гордых, счастливых, удачливых…ответ, диктуемый раненой гордостью или коллективным представлением о себе как о жертве вопиющей несправедливости».
Интересно отметить, что приведенное замечание Берлина метко характеризует нынешнее состояние общества, как в России, так и США. Это подтверждается публикациями на русском языке книги Пэта Бьюкенена, многочисленными ссылками на Линдона Ларуша, которыми пестрят труды российских националистов.
Тем не менее, хочется верить в победу здравого смысла над иррациональными стереотипами. Для этого есть как объективные, так и субъективные предпосылки. Объективно – и это является официально принятой стратегией, как для России, так и для США – «Общность интересов позволяет формировать временные союзы, а общие ценности составляют основу для долгосрочного партнерства». Субъективно же наши культура и мировоззрение достаточно близки, чтобы послужить основой продуктивного диалога.
Осталась позади кратковременная эйфория 1990-х годов, когда российские политики разделяли восторг Френсиса Фукуямы по поводу «конца истории». Теперь ясно, что впереди  – серьезнейшие испытания. Однако, «Великие народы – американский и русский – по природе преисполнены стоицизма. Они готовы претерпеть. Но они, безусловно, хотят знать смысл своих жертв, хотят знать, за что они должны платить кровью и потом».

Литература:
1)	Американские исследования в Сибири. Вып. 3. – Томск: Изд-во Том. Ун-та, 1998. – 168 с.
2)	Американские исследования в Сибири. Вып. 5. – Томск: Изд-во Том. Ун-та, 2001. – 230 с.
3)	Бжезинский З. Великая шахматная доска. Господство Америки и его геостратегические императивы. – М.: Междунар. Отношения, 1999. – 256 с.
4)	Большой энциклопедический словарь. Изд. 2-е, перераб. и дополн. – М.: «Большая Российская энциклопедия», 2000. – 1456 с.
5)	Валлерстайн И. После либерализма: Пер. с англ./Под ред. Б. Ю. Кагарлицкого. – М.: Едиториал УРСС, 2003. – 256 с.
6)	Дугин А. Основы геополитики. Геополитическое будущее России. Мыслить Пространством. Изд. 3-е, дополн., М.: «АРКТОГЕЯ-центр», 1999. – 928 с.
7)	Кастельс М. Галактика Интернет: размышления об Интернете, бизнесе и обществе. – Екатеринбург: У-Фактория, 2004. – 328 с.
8)	Киссинджер Г. Нужна ли Америке внешняя политика?/Пер. с англ. под ред. В. Л. Иноземцева. – М.: Ладомир, 2002. – 352 с.
9)	Национальная безопасность Российской Федерации. Сборник документов. – Екатеринбург: УрГУ, 2003. – 112 с.
10)	Нартов Н. А. Геополитика: учебник для вузов. – М.: ЮНИТИ, 1999. – 359 с.
11)	Новая повестка дня в российско-американских отношениях (Институт прикладных международных исследований). – М.: Права человека, 2002. – 228 с.
12)	Россия в глобализирующемся сообществе. Материалы к семинару. – Екатеринбург: УрГУ, 2003. – 86 с.
13)	Рузвельт Э. Его глазами. М.: ООО «Издательство АСТ№, 2003. – 284 с.
14)	Соединенные Штаты Америки. Словарь-справочник. – М.: Госполитиздат, 1960. – 611 с.
15)	США и внешний мир. Материалы IV научной конференции Ассоциации изучения США. – М.: Изд-во МГУ, 1997. – 256 с.
16)	Холландер П. Антиамериканизм рациональный и иррациональный. СПб.: Изд-во «Лань», 2000. – 864 с.
17)	Шлезингер-мл. А. М. Циклы американской истории. – М.: «Прогресс», 1992. – 688 с.
18)	Books//Time. – 1944. – April 10. – P. 98.
19)	Hunt Rockwell D. Toward Peace With Plenty//World Affairs Interpreter. – Spring 1944. – P. 15-31.
20)	Political Thought/Ed. by Rosen M. and Wolff J. – Oxford: Oxford University Press, 1999. – 442 p.