УДК  821.801.73

ИСТОЛКОВАНИЕ ФРАГМЕНТА ПОВЕСТИ АДАЛЬБЕРТА ШТИФТЕРА  «ПОТОМКИ».
Аксёнова А.А.
Кафедра теории литературы и истории зарубежных литератур КемГУ.

Этот доклад посвящён интерпретации только фрагмента повести, а не целого произведения, потому что начало интерпретации совпадает с началом чтения, поэтому нам достаточно соприкоснуться только с самим началом текста. Но при этом удаётся ещё понаблюдать за самим процессом толкования, что и можно считать скромной задачей такого доклада.
«Итак, я вдруг стал пейзажистом. Это ужасно.»

Начало текста «итак» указывает на подведение итога. Создаётся впечатление, словно текст начинается с конца, словно упущена некая предыстория, итог которой представлен фактом становления. Слово «вдруг» указывает на то, что момент становления сопряжён с внезапностью. Это ставит нас перед странностью. Очевидно, что внезапно стать пейзажистом невозможно, значит, перед нами профанация ремесла. Во-первых, ужас заключается в том, что слово «вдруг» говорит о легкодоступности мастерства. Во-вторых, намекает на то, что становление осуществилось помимо воли героя (или безего ведома). Если же речь идёт о переквалификации человека-портретиста, например, то перед нами граница между двумя жанрами искусства. В первом случае отрицательная коннотация связана с внезапностью как профанацией долгого и трудного пути становления мастера, во втором случае – с образом несвободы, запрет на возможность стать кем-то другим (выбрать другое ремесло). Мы замечаем, что после слов «это ужасно» стоит точка. В отличие от восклицательного знака, точка задаёт иной тон, говорит о спокойном, дистанцированном, созерцательном взгляде на ситуацию. Откуда берётся эта «созерцательность»? Такой вопрос обращает нас к названию («потомки»). Профессия пейзажиста относится к более широкой сфере – искусства. Роль искусства в человеческой жизни приобретает в этом фрагменте острый, проблемный характер. Потомки – это те, кто приходит потом.  Ценностное напряжение возникает между полюсами «вдруг» и «потом» (потомки). Ибо искусство связывает человеческое «сейчас» с человеческим «потом».Деятельность пейзажиста (искусство) стоит вне времени. Иначе говоря: пейзажист смертен, а живопись – нет.  Так возникает ещё одно возможное объяснение тому, что с первого взгляда казалось странным (реакция «это ужасно»). Вероятно, такая реакция вызвана осознанием того, как неразрывны искусство и ответственность. В таком случае сюда же подключается отмеченная ранее тема несвободы. Ответственность сопрягаема с наложением определенных ограничений и, тем самым, противопоставлена всякой шаткости, неустойчивости, неопределённости. А неопределённость – это нечто противоположное ситуации становления (Данная ситуация означена в характеристике «стал».Так как становление это и есть определение.)
Мы видим теперь, что непонятное в начале словечко «итак» указывает  не просто на подведение итога, а на границу, отделяющую неопределённость от становления, безответственность – от искусства. Высказанные предположения различных направлений толкования строились на ограниченном объёме материала, поэтому они обречены остаться предположениями; степень их убедительности зависит от дальнейшей проработки текста в целом; однако, эта проработка будет опираться на уже сделанные первоначальные наброски понимания. 
Научный руководитель – д.ф.н., проф. Л.Ю.Фуксон